Элрик из Мелнибонэ - гордый принц руин, убийца родичей - называйте его как хотите. Вместе с Джерри Корнелиусом и Дорианом Хоукмуном он остаётся самым живучим (пусть и не всегда самым обаятельным) персонажем Майкла Муркока.
Элрик появился на свет шестьдесят лет назад благодаря заказу Джона Карнелла, редактора журнала Science Fantasy, которому нужен был цикл в духе историй о Конане-варваре Роберта Говарда. Но то, что он получил, хоть и было замешано на образах меча и магии, оказалось чем-то совершенно иным. С июня 1961 по апрель 1964 года в Science Fantasy вышло девять повестей об Элрике.
Строго говоря, первым опубликованным художественным изображением персонажа стала обложка Брайана Льюиса для Science Fantasy № 47, где Элрик дебютировал в «Грезящем Городе».
Элрик появился на свет шестьдесят лет назад благодаря заказу Джона Карнелла, редактора журнала Science Fantasy, которому нужен был цикл в духе историй о Конане-варваре Роберта Говарда. Но то, что он получил, хоть и было замешано на образах меча и магии, оказалось чем-то совершенно иным. С июня 1961 по апрель 1964 года в Science Fantasy вышло девять повестей об Элрике.
Строго говоря, первым опубликованным художественным изображением персонажа стала обложка Брайана Льюиса для Science Fantasy № 47, где Элрик дебютировал в «Грезящем Городе».
В тексте Элрик описан так:
«… высокий, широкоплечий, с узкими бедрами. Длинные волосы были собраны и заколоты на затылке, и по непонятной причине он носил одежду южного варвара. На нем были высокие сапоги из мягкой оленьей кожи, кираса из причудливо выкованного серебра, камзол в сине-белую клетку, алые шерстяные штаны и плащ из шуршащего зеленого бархата. На боку висел его черный меч с рунами — грозный Буревестник, выкованный древней, чуждой магией.
Его странный наряд был безвкусным и кричащим и не вязался с его тонким лицом и длинными, почти изящными пальцами, однако он щеголял в нем, подчеркивая, что не принадлежит ни к какому обществу — он изгой и отверженный. Но, по правде, ему и не нужна была такая диковинная одежда — его выдавали глаза и кожа.
Элрик, последний повелитель Мелнибонэ, был чистокровным альбиносом, черпавшим силу из тайного и ужасного источника».
«… высокий, широкоплечий, с узкими бедрами. Длинные волосы были собраны и заколоты на затылке, и по непонятной причине он носил одежду южного варвара. На нем были высокие сапоги из мягкой оленьей кожи, кираса из причудливо выкованного серебра, камзол в сине-белую клетку, алые шерстяные штаны и плащ из шуршащего зеленого бархата. На боку висел его черный меч с рунами — грозный Буревестник, выкованный древней, чуждой магией.
Его странный наряд был безвкусным и кричащим и не вязался с его тонким лицом и длинными, почти изящными пальцами, однако он щеголял в нем, подчеркивая, что не принадлежит ни к какому обществу — он изгой и отверженный. Но, по правде, ему и не нужна была такая диковинная одежда — его выдавали глаза и кожа.
Элрик, последний повелитель Мелнибонэ, был чистокровным альбиносом, черпавшим силу из тайного и ужасного источника».
Однако на иллюстрации Льюиса персонаж больше напоминал римского центуриона, чем то, что сейчас принято считать образом мелнибонэского принца.
Еще задолго до первых публикаций Элрика в Science Fantasy, Майкл Муркок и художник Джеймс Которн совместно разрабатывали текстовые и визуальные концепции для цикла. Которн создал две обложки для того самого журнала (№ 55 и 63), на которых персонаж выглядел куда ближе к замыслу автора. Позже он нарисовал тот самый, эталонный портрет Элрика для первого издания романа «Буревестник» (Herbert Jenkins, 1965). Которн также оформлял обложки для «Спящей колдуньи» (New English Library, 1971) и «Глаз из нефрита» (Unicorn, 1973), рисовал внутренние иллюстрации и карты Молодых Королевств.
Еще задолго до первых публикаций Элрика в Science Fantasy, Майкл Муркок и художник Джеймс Которн совместно разрабатывали текстовые и визуальные концепции для цикла. Которн создал две обложки для того самого журнала (№ 55 и 63), на которых персонаж выглядел куда ближе к замыслу автора. Позже он нарисовал тот самый, эталонный портрет Элрика для первого издания романа «Буревестник» (Herbert Jenkins, 1965). Которн также оформлял обложки для «Спящей колдуньи» (New English Library, 1971) и «Глаз из нефрита» (Unicorn, 1973), рисовал внутренние иллюстрации и карты Молодых Королевств.
В 1976 году молодое издательство Savoy Books предложило Которну создать графическую адаптацию «Буревестника», которая должна была стать эталонной. Урезанная по сравнению с изначальным, невероятно большим форматом, именно эта версия вошла в данный том. Она, возможно, не лишена недостатков, но все еще поражает разворотами и полностраничными иллюстрациями в черно-белой гамме. В книге James Cawthorn: The Man And His Art (2018) сооснователь Savoy Дэвид Бриттон вспоминал:
«По вине, не зависящей от Джима, “Буревестник”, книга, с которой начался Savoy, стал большим разочарованием, потому что получился не таким, как мы ожидали. Первые пять страниц, на которые у Джима ушел месяц, — это иллюстрации высочайшего качества. Но всё, что последовало за ними, было сделано в спешке.
Когда мы предложили Оливеру Калдекотту (он только что ушел из Penguin, чтобы основать Wildwood House) стать дистрибьютором, он согласился при условии, что мы “сделаем это за два месяца”. Мы передали это Джиму, он согласился, но ему пришлось буквально мчаться, чтобы закончить остальные страницы. Мы поставили его в невозможные временные рамки. Я тогда знал, что не стоило этого делать, и позже это привело к плачевным последствиям — этот опыт, думаю, создал у Джима психологический барьер в отношении работы над Элриком.
Оглядываясь назад, мы были слишком требовательны. Джим толком нас не знал — у нас не было никакого опыта. Мы заплатили ему небольшой гонорар, но с его точки зрения проект был явно нерентабельным.
Он был первым и лучшим иллюстратором Элрика, рожденным рисовать Элрика. Мы все надеялись, что когда-нибудь он создаст тот самый, идеальный графический роман об Элрике. Но когда несколько лет спустя я предложил ему переделать и расширить “Буревестника”, уже без спешки, он не смог заставить себя это сделать.
Потеря Джима как художника Элрика была трагедией. То, что могло бы стать книгой, сравнимой с “Тарзаном” Берна Хогарта — тем самым идеальным союзом художника и писателя, — превратилось в спешную, урезанную работу».
«По вине, не зависящей от Джима, “Буревестник”, книга, с которой начался Savoy, стал большим разочарованием, потому что получился не таким, как мы ожидали. Первые пять страниц, на которые у Джима ушел месяц, — это иллюстрации высочайшего качества. Но всё, что последовало за ними, было сделано в спешке.
Когда мы предложили Оливеру Калдекотту (он только что ушел из Penguin, чтобы основать Wildwood House) стать дистрибьютором, он согласился при условии, что мы “сделаем это за два месяца”. Мы передали это Джиму, он согласился, но ему пришлось буквально мчаться, чтобы закончить остальные страницы. Мы поставили его в невозможные временные рамки. Я тогда знал, что не стоило этого делать, и позже это привело к плачевным последствиям — этот опыт, думаю, создал у Джима психологический барьер в отношении работы над Элриком.
Оглядываясь назад, мы были слишком требовательны. Джим толком нас не знал — у нас не было никакого опыта. Мы заплатили ему небольшой гонорар, но с его точки зрения проект был явно нерентабельным.
Он был первым и лучшим иллюстратором Элрика, рожденным рисовать Элрика. Мы все надеялись, что когда-нибудь он создаст тот самый, идеальный графический роман об Элрике. Но когда несколько лет спустя я предложил ему переделать и расширить “Буревестника”, уже без спешки, он не смог заставить себя это сделать.
Потеря Джима как художника Элрика была трагедией. То, что могло бы стать книгой, сравнимой с “Тарзаном” Берна Хогарта — тем самым идеальным союзом художника и писателя, — превратилось в спешную, урезанную работу».
Которн действительно несколько раз возвращался к этой идее на протяжении карьеры, но, как пишет Бриттон, так и не смог — физически и эмоционально — отдать должное исходному материалу.
Тем временем, по другую сторону Ла-Манша, у второй половины этого тома была своя, полная перипетий история, достойная самого Элрика.
«Элрик: Возвращение в Мелнибонэ» — это потрясающая демонстрация таланта художника Филиппа Дрюйе. Всё началось в 1966 году с цветных иллюстраций на разворотах единственного номера французского журнала Moi Aussi с текстом Максима Якубовского. В 1969-м Дрюйе оформил сборник «Элрик Некромант» от Éditions OPTA, а в 1972-м часть этих работ (вместе с новыми) вошла в портфолио «Элрик Некромант» уже с текстом Мишеля Демута.
«Элрик: Возвращение в Мелнибонэ» — это потрясающая демонстрация таланта художника Филиппа Дрюйе. Всё началось в 1966 году с цветных иллюстраций на разворотах единственного номера французского журнала Moi Aussi с текстом Максима Якубовского. В 1969-м Дрюйе оформил сборник «Элрик Некромант» от Éditions OPTA, а в 1972-м часть этих работ (вместе с новыми) вошла в портфолио «Элрик Некромант» уже с текстом Мишеля Демута.
Когда год спустя портфолио переиздали в Британии под названием Elric: The Return To Melnibone (с текстом Муркока), возникли сложные вопросы авторского права. В итоге договорились дать небольшому тиражу исчезнуть и больше его не переиздавать.
Но в 1993-м, когда Муркок и Дрюйе были гостями на выставке в Сен-Мало, удалось заручиться их совместным разрешением на новое издание. В 1997-м книга вышла как Elric: The Return To Melniboné, вернувшись к исходному черно-белому формату (британское издание 1973 года печатали в кислотно-лиловых тонах, которые были данью моде, но не пощадили оригинал).
Если Джеймса Которна можно назвать создателем эталонного портрета Элрика, то Филипп Дрюйе — автор эталонного образа Мелнибонэ, запечатлевшего столицу Имррир во всей её декоративности, величии и порочности.
Подобно Которну, Дрюйе нарисовал свою карту Молодых Королевств. В те двадцать четыре года, пока «Возвращение» не переиздавали, Дрюйе активно использовал мелнибонэйские иллюстрации в других работах, таких как Yragaël (1974) и Urm Le Fou (1975), снова в соавторстве с Мишелем Демютом.
Подобно Которну, Дрюйе нарисовал свою карту Молодых Королевств. В те двадцать четыре года, пока «Возвращение» не переиздавали, Дрюйе активно использовал мелнибонэйские иллюстрации в других работах, таких как Yragaël (1974) и Urm Le Fou (1975), снова в соавторстве с Мишелем Демютом.
Итак, если Которн и Дрюйе задали высочайшую планку, то кто еще из заметных художников обращался к Белому Принцу и его руинам?
Первым в комиксах это сделал Барри Смит в Conan The Barbarian № 14–15 (Marvel, 1972). В этих двух выпусках Элрик и Конан объединились в приключении, сюжет которого придумали Муркок и Которн, а сценарий написал Рой Томас. К сожалению, образ Элрика у Смита пострадал из-за того, что он ориентировался на не самые удачные обложки Джека Гогана для американских изданий Похитителя душ и Буревестника (Lancer, 1967), где персонаж красовался в нелепой конической шапке.
Первым в комиксах это сделал Барри Смит в Conan The Barbarian № 14–15 (Marvel, 1972). В этих двух выпусках Элрик и Конан объединились в приключении, сюжет которого придумали Муркок и Которн, а сценарий написал Рой Томас. К сожалению, образ Элрика у Смита пострадал из-за того, что он ориентировался на не самые удачные обложки Джека Гогана для американских изданий Похитителя душ и Буревестника (Lancer, 1967), где персонаж красовался в нелепой конической шапке.
Далее был выпуск Elric № 1 (Windy City, 1973) с адаптацией «Падения Грезящего Города» от Стивена Гранта и Джона Адкинса Ричардсона. В 1975-м вышел портфолио «Элрик:» Говарда В. Чайкина, который позже поработает с Муркоком над «Мечами Рая, Цветами Ада» (1979).
В 1976-м в StarReach № 6* напечатали «Элрик: Узник Пан Танга» в исполнении Эрика Кимбалла и Роберта Гулда. Последний со временем станет ключевым художником обложек для Элрика, оформив четыре тома Саги об Элрике (Doubleday/S.F.B.C., 1984–2005), Месть Розы (Grafton, 1991), омнибусы Элрик из Мелнибонэ и Буревестник (Millennium, 1993), а также американские издания последней трилогии: Дочь Короля Снов, Древо скрейлингов и Сын Белого Волка (Warner, 2001–2005).
Когда в 1976–77 годах приключения Элрика перекомпилировали для DAW Books, приведя ранние тексты в соответствие с развивающейся серией, обложки шести томов нарисовал Майкл Уилан. Для одних его Элрик чересчур мускулист, для других — почти идеален. Позже для издательств Ace/Berkley вышли тома с новыми обложками Роберта Гулда, после того как Уилан нарисовал седьмую, для сборника Элрик на Краю Времени (DAW, 1985). Оба художника также иллюстрировали отдельные ограниченные издания Элрика из Мелнибонэ и Исчезающей Башни (Blue Star и Archival, 1977 и 1981).
В 1979-м в Heavy Metal № 5 и 7 вышла адаптация Элрика из Мелнибонэ, выполненная Фрэнком Бруннером (позже она переиздавалась в сборниках). Бруннер, чья архитектура Мелнибонэ явно вдохновлена Дрюйе, в 1982-м выпустил портфолио Stormbringer: The World of Elric.
Это подводит нас к началу 80-х и возвращению Роя Томаса, сценариста той самой встречи Элрика и Конана в 1972-м.
В 1980-м в Epic Illustrated № 3–4 появился «Город Грез» (сценарий Роя Томаса, рисунок П. Крейга Рассела). В 1982-м в № 14 вышло «Пока боги смеются». А в 1983-м Томас начал адаптировать все шесть романов цикла. Начали с «Элрика из Мелнибонэ» (Pacific, 1983/84) в сотрудничестве с Расселом и Майклом Т. Гилбертом. Затем издательство First Publishing продолжило выпуск с Роем Томасом в качестве неизменного сценариста: «Пловец по морям судьбы» (1985/86) с Гилбертом и Джорджем Фрименом, «Белая волчья чара» (1986/87) с Расселом, Гилбертом и Фрименом, «Исчезающая Башня» (1987/88) с Яном Дурсемой и «Некромантия» (1988/89) с Марком Пачеллой и соавторами. Шестой, заключительный том, «Буревестник», вышел уже много лет спустя — в 1997-м его адаптировал П. Крейг Рассел для Dark Horse/Topps.
В 1980-м в Epic Illustrated № 3–4 появился «Город Грез» (сценарий Роя Томаса, рисунок П. Крейга Рассела). В 1982-м в № 14 вышло «Пока боги смеются». А в 1983-м Томас начал адаптировать все шесть романов цикла. Начали с «Элрика из Мелнибонэ» (Pacific, 1983/84) в сотрудничестве с Расселом и Майклом Т. Гилбертом. Затем издательство First Publishing продолжило выпуск с Роем Томасом в качестве неизменного сценариста: «Пловец по морям судьбы» (1985/86) с Гилбертом и Джорджем Фрименом, «Белая волчья чара» (1986/87) с Расселом, Гилбертом и Фрименом, «Исчезающая Башня» (1987/88) с Яном Дурсемой и «Некромантия» (1988/89) с Марком Пачеллой и соавторами. Шестой, заключительный том, «Буревестник», вышел уже много лет спустя — в 1997-м его адаптировал П. Крейг Рассел для Dark Horse/Topps.
Отдельного упоминания заслуживает роскошное, увеличенного формата издание повести «Элрик на Краю Времени» (Paper Tiger, 1987) с иллюстрациями Родни Мэттьюза.
В 1995-м Mojo Press выпустили увесистый сборник Weird Business, куда вошла адаптация рассказа «Шутки с хаосом» (художники Франц Хенкель, Ши Антон Пенса и Тед Найф).
В 1997-м Муркок впервые за много лет сам начал писать сценарии для Michael Moorcock’s Multiverse (12 выпусков, Helix/D.C., 1997/98). Это были три переплетенных сюжета с разными художниками: «Лунный свет и розы» (Уолтер Симонсон), «Метатемпоральный детектив» (Марк Рив) и «Герцог Элрик» (Джон Риджуэй). Позже Муркок снова объединится с Симонсоном (и Стивом Олиффом) для Elric: The Making Of A Sorcerer (4 выпуска, D.C., 2004–06).
В 1997-м Муркок впервые за много лет сам начал писать сценарии для Michael Moorcock’s Multiverse (12 выпусков, Helix/D.C., 1997/98). Это были три переплетенных сюжета с разными художниками: «Лунный свет и розы» (Уолтер Симонсон), «Метатемпоральный детектив» (Марк Рив) и «Герцог Элрик» (Джон Риджуэй). Позже Муркок снова объединится с Симонсоном (и Стивом Олиффом) для Elric: The Making Of A Sorcerer (4 выпуска, D.C., 2004–06).
В заключение этого обзора стоит упомянуть свежую французскую серию графических романов от издательства Glénat об Элрике из Мелнибонэ. Тома в адаптации Жюльена Блонделя, Дидье Поли, Робина Рехта и других, пожалуй, ближе всего подбираются к той самой «декоративности, величию и порочности», что отличали работы Филиппа Дрюйе.
Наше издательство приступило к переводу на русский и выпуску французского цикла графический романов об Элрике из Мелнибонэ. Следите за новостями!
